У искусства случаются приступы целомудрия. Оно не может назвать вещи своими именами.

Родители ненавидят, когда дети начинают жить своей жизнью. Это значит, что мы становимся просто зрителями.

Можно дать волю силе, но лучше покорять силой воли.

Я себя часами не утруждаю — не человек для часов, а часы для человека.

Некий бессмертный инстинкт, гнездящийся глубоко в человеческом духе, — это, попросту говоря, чувство прекрасного.