Он поднялся с сугроба, крепко сцепил зубы и пошёл вперёд, намечая перед собой маленькие цели, сосредоточивая на них внимание, — от сосны к сосне, от пенька к пеньку, от сугроба к сугробу.

Жизнь христианина есть самораспятие.

Память наша – как забор, что возле Щербаковских бань. Чуть ли не каждый старается похабную надпись оставить.

Когда все желания замыкаются на одной женщине, наступает равновесие и покой. А иначе страсть толкает тебя на новые и новые поиски, которые могут продолжаться до конца жизни, не принося ни радости, ни счастья.

Формы женского тела мучительны своей непостижимой прелестью.