Духовенство было бы весьма недовольно, если бы его духовный труд оплачивался духовно.
Горе может повергнуть в смятение даже могучий и дисциплинированный ум.
Человеку, который достиг того, что в душе его есть великая мысль, общая идея, ему всё равно, где жить, что чувствовать.
Когда человек оттачивает свои слова, они шлифуют его ум.
— Если царевич какой явится, скажи — нет меня: в столицу уехала! Да и надоели они... В день по трое являются, всех напои, накорми и спать уложи... Постоялый двор устроили!
Человеку, который хочет прослыть в обществе любезным, недостаточно собственного тщеславия; он должен также обладать искусством щадить тщеславие других и вызывать его.