Мужчина без ребячеств — чудовище.
Смерть в одном веке дает жизнь во всех последующих веках.
Распад медленной массы христианства начался в тот самый миг, когда начала рушиться вера в потусторонний мир.
Не могу сказать, что я чувствую себя неполноценным, скорее цена окружающего мира стала для меня слишком высокой.
На первой ступени эшафота смерть срывает маску, которую человек носил всю жизнь, и тогда показывается его истинное лицо.
Когда литературное произведение хвалят за искренность, это означает, что оно не несёт читателю ни эстетического, ни умственного наслаждения.