Однажды вечером, после того как Ванина весь день ненавидела его и давала себе обещание держаться с ним еще холоднее, еще суровее, чем обычно, она вдруг сказала ему, что любит его.

Для меня одобрять — значит любить. На более слабое чувство я неспособна.

Кто стучится в дом с приношением, может рассчитывать, что дверь перед ним распахнется, а кто несёт туда только собственную нужду, так и не достучится.

— У меня есть миллион причин, чтобы вернуться, и только одна, чтобы остаться.
— Какая же?..
— Ты.

Невозможно, чтобы всё человечество отдалось науке: оно умерло бы с голоду.