Без искусства двусмысленности нет подлинного эротизма. Чем двусмысленность сильнее, тем напряжённее возбуждение.

Значительное число явлений представляется нам как своего рода плохая шутка.

Жизнь христианина есть самораспятие.

— Так надо, — сказал Атос и прибавил более тихим и мягким голосом: — Я так хочу.

Вожделение, испытываемое нами к женщине, направлено лишь к стремлению избавиться от мучения, порождаемого пылким и неистовым желанием.