Некоторые люди так боятся умереть, что просто не начинают жить.

Я не понимаю, что такого замечательного в том, чтобы создавать людей людьми, а потом расстраиваться из-за того, что они ведут себя как люди.

Если бы я имел безрассудство еще верить в счастье, я искал бы его в привычке.

Так уж устроена жизнь, что мы счастливы лишь предвкушением перемен; сами же перемены для нас ничего не значат; они только что произошли, а мы уже жаждем новых.

Некоторые дни в человеческой жизни можно сравнить со скалами: карабкаешься по ним с неимоверным трудом, не видя конца и края пути. Другие же дни – словно равнины: движешься по ним легко, скоро и беспрепятственно.