Общество, кружки, салоны, вообще все, что называется „светом“, — это жалкая пьеса, плохая опера, интерес к которой кое-как поддерживается машинами, костюмами и декорациями.

Так-так, хозяин умер. Очень жалко. А я его внизу живым оставил.

Жизнь — это миссия, это труд; представлять себе жизнь как только приятную, это значит унижать её.

Недостаточно знать, какие ноты нужно играть, — вы должны понимать, почему именно они должны быть сыграны.

Смеется тот, кто смеет.