В эпохи народного подъёма пророки бывают вождями; в эпохи упадка — вожди становятся пророками.
Каждый из нас ежечасно вторгается в жизнь другого, а тот принимает его в себя и передает дальше, дальше: каждый непременно живет в другом, вечно, вечно живет в другом, живет действенно, и в том, что человек называет своей личной жизнью, тоже есть частица бесконечного.
Массовая культура всегда будет подменой культуры, и раньше или позже более разумные из тех, кому она была подсунута, обнаружат, что они были обмануты.
— Ой-ой-ой! Все пропало! Тушеночная невеста нас тут всех разоблачила. — Не твоего пропитого ума дело. А что насчет замужества, так нужно еще и посмотреть — подходишь ты Гане или нет.
Было бы неплохо, если бы люди, которые накладывают на себя руки, не предупредив вас об этом, поняли бы раз и навсегда, что они не оставляют по себе ни сожаления — подлинного сожаления — ни угрызений совести. Это именно они слетели с катушек, вот и всё. Остаётся ощущение спектакля, или даже попытки спектакля, обречённого на провал.
Человеку свойственно мыслить разумно и поступать нелогично.