Кончик карандаша ненасытно впечатлял безответную бумагу.
У вечности не бывает любимчиков.
— Распишись, папаша. Теперь не потекёт. — Так у меня она и не текла. — Так потекла бы. Жесть! А я тебе чугунную поставил. Навечно! Перпетум мобиле! — Спасибо, конечно, но... — Спасибо, отец, на хлеб не намажешь! Пока!
— Странная вы все-таки женщина, Николь. — Ну что вы! Самая обыкновенная. Верней, во мне сидит с десяток самых обыкновенных женщин, только все они разные.
Нет духа без оболочки; это печальная реальность нашего тщеславного времени.
Душа извлекает для себя пользу решительно из всего. Даже заблуждения, даже сны — и они служат её целям: у нее все пойдет в дело, лишь бы оградить нас от опасности и тревоги.