Возможные горести превратить в радости — значит уметь жить.
Если смерть ничего не значит, что может значить жизнь?
У сердца, когда оно любит, есть свой ум... оно знает, чего хочет, и знает наперёд, что будет.
Жизнь часто кажется чем-то вроде долгого кораблекрушения, обломки которого — дружба, слава, любовь: ими усеяны берега нашего существования.
Когда меня выпустят на свободу, я попросту перейду из одной тюрьмы в другую.
Кто ограничивает свои желания, тот всегда достаточно богат.