Моя комната была маленькая и бедная, но больше мне и не нужно, я сама небольшая. Зимой дуло в окно, но это был чистый холод, он шел мне, я привыкла к нему, как к домашнему платью. И не было роз на окнах, только несколько пыльных гераней. Все это было по моей мерке, все было мое: бедность моя, мой холод, мои герани.

Каждый несчастлив ровно на столько, насколько он сам считает себя несчастным.

Человек бесчеловечен, пока стремится жить, прикрываясь пулеметами, пушками и танками.

Я не знаю более сладкого и глубокого ощущения, чем-то, которое испытываешь, встречая свои собственные, никому не высказанные мысли в произведении человека далекой культуры, отделенного от нас веками.

И один человек может что-то изменить, попытаться должен каждый.